Translate

понедельник, 7 марта 2016 г.

Черным по белому: гронингенские сэмплеры (часть 1)




Вместо предисловия

Впереди несколько выходных, и я надеюсь, что вам удастся выкроить немного времени для путешествия в историю рукоделия. Мне очень важно ваше мнение и отклики, в том числе вопросы и замечания по тексту. Каждое обсуждение дает мне пищу для размышлений, помогая выявить темные места и определить направления дальнейших поисков. Так что давайте думать вместе :) Комментировать могут все желающие, даже без профилей в соцсетях и блогах, единственная просьба – подписывайтесь для идентификации.

Эта статья далась мне гораздо труднее, чем первый очерк о Фрисландии. Базовые сведения по истории гронингенских сэмплеров давал американский журнал SANQ. Однако знакомство с их статьей оставило у меня чувство глубокого разочарования: там не только недоставало глубины погружения в материал и иллюстративного ряда, но и были недопустимые для специалиста ошибки (например, пеликан назван фениксом). В общем, было понятно, что это никуда не годится и надо писать абсолютно другую статью, затрагивая совсем иную проблематику. Материал я собирала на нескольких языках и анализировала больше полугода. Причины очевидны – отсутствие хорошей источниковой базы, богато иллюстрированного музейного сайта, чью коллекцию можно было бы комплексно изучить. К сожалению, на сей раз ничем, что напоминало бы богатейшую онлайн-коллекцию Фризского музея, мы не располагаем. Поэтому качество некоторых иллюстраций оставляет желать лучшего. Возможно, это и к лучшему: опыт предыдущей публикации показывает, что далеко не все читатели понимают, что такое музейное владельческое право на коммерческое использование экспонатов. Все изображения для данной статьи взяты из открытых источников и снабжены ссылками на правообладателей.

Результатом своей работы я довольна: бόльшую часть проанализированного материала могу назвать совершенно неизвестной нашему читателю. Исторической частью и привлеченными источниками горжусь – надеюсь, по праву. Для удобства чтения (и по причине сложности верстки большого объема текста и иллюстраций) статья разделена на два поста, которые выйдут с небольшим интервалом. Прошу извинить расползание шрифтов и абзацев – формат блогспота не приспособлен для публикации таких материалов, идет автоматический сбой форматирования, который почти невозможно устранить. Надеюсь, это не затруднит вам чтение.

Цитирование и использование статьи возможно только с моего предварительного разрешения - адрес для связи указан в левой колонке блога. Перепост в соцсетях возможен, но, пожалуйста, используйте не более 1-2 абзацев или краткий пересказ в несколько предложений для отражения сути статьи, ставьте активную ссылку на блог с указанием его названия. Не размещайте материал в большем объеме во избежание конфликтных ситуаций. Надеюсь на ваше понимание и заинтересованность в дальнейшем развитии проекта. Я не имею никакой коммерческой выгоды от подобной работы и буду ее продолжать при условии честных отношений с читателями.

С наступающей весной, друзья!



 ***



Мы снова отправляемся за рукодельными впечатлениями на северо-восток Нидерландов. По соседству с уже знакомой нам по предыдущему очерку провинцией Фрисландия лежит еще одна область, очень непохожая на туристическую Голландию. Это провинция Гронинген с одноименной столицей. Здесь не так много городов, как на юге и западе страны, и большая часть территории занята сельскохозяйственными угодьями. Людям пришлось отвоевывать эти земли у моря: осушать болота, отгораживать дамбами зоны приливов. Борьба эта шла с переменным успехом: так, залив Долларт, отделяющий Гронинген от соседней германской земли Нижняя Саксония, возник в XIII-XV веках в результате затопления морем плоского побережья. Поначалу фризами здесь были построены дамбы, но в результате войн и конфликтов они оказались разрушены и больше не сдерживали натиск водной стихии. Лишь спустя несколько веков местным жителям удалось "отогнать" хищное море и вырвать из морского плена часть затопленных земель.

  
Смесь фризского с нижнесаксонским:
"Золотой берег" и его обитатели 




В силу географического положения Гронинген оказался зажат между Фрисландией и Нижней Саксонией. С обеими этими областями провинцию Гронинген издавна связывают теснейшие связи. Когда-то, в раннем Средневековье, на этих приморских территориях расселились племена фризов. Образовавшееся здесь королевство называлось Великой Фризией (Frisia Magna), а Северное море было известно как Фризское море (Mare Frisicum). Шли века, великое королевство фризов распалось на осколки, а жившие здесь люди по-прежнему говорили на близких языках. В основе гронингенского диалекта (т.н. gronings) лежала смесь нижнесаксонского и фризского. Именно эта языковая и географическая близость наложила сильнейший отпечаток на историю и культуру этих трех земель – нынешних нидерландских провинций Фрисландия и Гронинген и немецкой земли Нижняя Саксония.




 
Карта северных провинций Нидерландов - Фрисландии и Гронингена



Жителей Гронингена и Нижней Саксонии объединял язык, а разделяла лишь условная граница по реке Эмс, впадающей в залив Долларт. Эта естественная преграда и по сей день не совсем точно маркирует границу между двумя странами и порождает территориальные споры. В старину же, в эпоху до виз и паспортов, река и вовсе не была препятствием для перемещения людей: крестьян, морских волков, торговцев и учителей. Каждый стремился туда, где можно было разжиться деньгами, - и таким местом надежд и устремлений являлся богатый Гронинген. Эта прибрежная область, прозванная Золотым берегом, была центром обширной морской торговли, куда стекались тысячи судов: из Ост-Индии, Балтики, России, Англии и Шотландии и соседних стран Европы. Предметы роскоши, привозимые из далеких стран, покупала не только местная знать, но и разбогатевшие к XIX веку гронингенские фермеры. Их богатство было основано на выращивании на влажных и тучных землях, так называемых польдерах, пшеницы и кукурузы - главных экспортных товаров этого региона. Богатые фермеры приобретали акции в судоходных компаниях, а излишек средств вкладывали в строительство имений, удивлявших своим  размахом и основательностью.


Польдеры в районе Олдамбт, провинция Гронинген, Нидерланды. Аэрофотосъемка. Источник фото - здесь

 
Польдеры на берегу залива Долларт, Гронинген, Нидерланды. Аэрофотосъемка. Источник фото - здесь. Польдер - осушенный и возделанный низменный участок побережья. На снимке видна сеть каналов.

Эти фермерские виллы представляли собой двухэтажный жилой кирпичный дом с высокими окнами и красиво оформленным парадным крыльцом с портиком и высокими двустворчатыми дверями. В гостиных в сохранившихся кое-где интерьерах можно увидеть следы былого достатка: камины из черного мрамора, лепные потолки, типично голландские окна с переплетами, хорошо освещающие помещение. Под высокой покатой крышей, общей с жилым домом, примыкая к нему вплотную, находились хозяйственные постройки: сараи, амбары, подвалы для молочной продукции. Двухэтажность таких вилл часто была обманчивой: второй этаж с узкими маленькими окнами под высокой островерхой крышей обычно являлся чердаком и использовался как зернохранилище.

 

Ферма постройки 1878 года в Беллингведде, провинция Гронинген. Источник фото - здесь.

 
Ферма в Беллингведде (Гронинген), 1875 года постройки. Источник фото - здесь.
Эта ферма, построенная в 1872 году в Беллингвольде (ныне - община Беллингведде в провинции Гронинген), одна из немногих сохранила до сих пор камин, лепной потолок в гостиной и выход в оранжерею. Многие из подобных усадеб ныне находятся не в идеальной сохранности. К сожалению, не только в России можно увидеть исторические объекты в запустении. Источник фото - здесь.


Гронингенские фермеры процветали почти век, передавая свои богатые имения наследникам, но всему приходит конец. Упадок местного фермерства был связан с внешними экономическими причинами, с выходом в 1880-е годы на европейский рынок канадских и американских поставщиков дешевого зерна. Это разорило многих нидерландских производителей, привело к росту безработицы среди рабочего люда, оттоку населения в города и усилению социальных волнений. "Золотой век" гронингенской Graanrepubliek, "зерновой республики", подошел к концу. Это ознаменовало и закат существования гронингенской черной сэмплерной вышивки: зародившись в определенной социальной среде, она вместе с ней сошла с исторической сцены. 



Museum voor Naaldkunst: история одной коллекции


Исследованием гронингенских сэмплеров занимается Hennie Stevan-Bathoorn. В 1987 году Хенни на свои средства основала в провинции Гронинген частный музей рукоделия - Museum voor Naaldkunst, который сначала размещался в городе Ведде, а в 2007 году переехал в Винсхотен. Музейная коллекция довольно обширна и дает представление об основных видах рукоделия, бытовавших в Нидерландах начиная с XVII века: всевозможных видах вышивки, сэмплерах, включая штопальные и рулонные, плетении кружева. Представлена и интересная коллекция старинных инструментов для рукоделия. Собрание неоднократно участвовало в выездных выставках в других музеях страны и за рубежом. Виртуальную экскурсию по музею можно совершить, посмотрев передачу, снятую местным телевидением. Запись доступна на Youtube только на голландском языке, но языковой барьер не мешает насладиться визуальным рядом.
 
Hennie Stevan-Bathoorn в своем музее в Винсхотене (Гронинген). Фото - RTV-Noord

 

Museum voor Naaldkunst. Съемка - RTV Blauwestad




Экспозиция в Museum voor Naaldkunst. Съемка - RTV Blauwestad



Изюминкой коллекции этого музея являются гронингенские сэмплеры – несколько лет назад их насчитывалось около 40. Хенни много лет разыскивала старинные вышивки, сохранившиеся в местных фермерских семьях, собирала биографические сведения об их создательницах. На основе этой информации Хенни и ее муж написали несколько книг об истории примерно 70 гронингенских образцов (например, "Черные сэмплеры из Олдамбта: 1800-1880" / "Zwarte Merklappen Uit Het Oldambt: 1800-1880"; к сожалению, большинство опубликованных ими книг вышли только на голландском языке), реконструировали некоторые старинные схемы, которые можно купить на сайте музея. Благодаря труду и энтузиазму этой семейной пары мы можем составить представление об этой региональной исторической вышивке. Добавлю, что музей Хенни не миновала участь многих частных музеев, которые зависят от судьбы своих создателей: не имея спонсорской или государственной поддержки, они нередко прекращают свое существование из-за финансовых или личных проблем владельцев. В настоящее время Museum voor Naaldkunst недоступен для посещения по причине нездоровья хозяйки.



Старинный гронингенский чепец и лента с вышивкой из коллекции в Museum voor Naaldkunst. Аналогичный мотив с розами использован в бордюре вышитого мною гронингенского сэмплера Long Dog

Хозяйка музея рассказывает об одном из лучших экспонатов своей коллекции. Этот прекрасный сэмплер - один из самых ранних образцов черной гронингенской вышивки. Если бы не дата на полотне - 1744 год - его можно было бы с уверенностью отнести к более позднему, классическому периоду черных образцов столетием позже


Справедливости ради стоит упомянуть, что коллекцией из 32 черных сэмплеров располагает и Гронингенский музей, однако на его сайте не удалось найти никаких материалов по этой теме. Очевидно, что высокие научные и технологические стандарты изучения и популяризации старинного наследия, присущие Фризскому музею, являются далеко не типичными для большинства музейных хранилищ.

Гронингенские сэмплеры не всегда выполнялись исключительно в черном цвете. В музейных коллекциях сохранились образцы конца XVIII века, в которых уже можно увидеть некоторые черты и мотивы, характерные для более позднего периода. Однако эти ранние сэмплеры выполнены цветными нитками и отличаются гораздо большим разнообразием, чем группа черных сэмплеров, выявленных и исследованных Hennie Stevan-Bathoorn. Справедливости ради стоит отметить, что и в более поздний монохромный период изредка встречаются типичные гронингенские сэмплеры, выполненные в цвете. Таким примером может служить работа 13-летней Tetie (Tetje) Jans Sandt 1828 года, обладающая всеми признаками "черного" сэмплера, кроме собственно монохромности.


Arendina Bertling 1762/63 (The Groninger Museum). Источник фото - Needleprint. Этот сэмплер, вышитый в 1762-1763 годах, уже демонстрирует многие особенности, присущие более поздней гронингенской вышивке, такие как цветочные горшки, "коронованная G", цветочный бордюр. Arendina Bertling, дочь проповедника и доктора богословия Michael Bertling, родилась в 1750 году, на момент вышивки сэмплера ей было 12-13 лет. В 1771 году 21-летняя Arendina вышла замуж за Hendrik Ludolf Wichers, который позже стал президентом-куратором Гронингенского университета. Известно, что Arendina умерла 22 февраля 1827 года в Гронингене.



 

Сэмплер 1778 года (Openluchtmuseum). Сэмплер имеет зигзагообразный цветочный бордюр и угловые мотивы. Вверху вышиты  инициалы ЕТ и МО. В центральном ряду симметрично расположены квадратные рамки с инициалами MEB, MND и NVM с датой - 1778. Встречаются как типичные для Гронингена мотивы (двуглавый орел, цветочные горшки, петух, павлин, пеликан с птенцами, коронованные и пронзенные сердца), так и довольно редкие (Адам и Ева со змеем – причем змеев там как будто два, Древо познания в виде стилизованной яблони). Композиция на первый взгляд симметрична, но при внимательном рассмотрении зеркальности мы не обнаружим: даже два петуха непохожи друг на друга.


 

Сэмплер 1783 года, вышитый Grietje Amelings (1768-1813) (Openluchtmuseum). Этот сэмплер имеет четыре алфавита, что довольно необычно с учетом возраста автора – девушке было уже 15 лет. Многочисленные разноцветные мотивы выполнены в умело подобранной охристо-бордовой гамме. Здесь уже встречаются цветочные мотивы, характерные для черных сэмплеров, но цветовое решение, наличие нескольких рядов алфавита и несимметричная компоновка мелких деталей в нижней части полотна больше напоминают многоцветные сэмплеры Фрисландии.



Деталь сэмплера Grietje Amelings 1783 года. В инициалах вышивальщицы – GA – хорошо видна гронингенская "коронованная G"



 

Общий вид сэмплера Tetie (Tetje) Jans Sandt 1828 - схема реконструирована Hennie Stevan-Bathoorn, подлинный полихромный вид оригинала - на фото ниже. Автору этого сэмплера было 13 лет. Среди мотивов узнаваемы двуглавый орел, два петуха, два павлина, две птицы (с закрытыми глазами), две собаки, два зайца и два оленя. Обилие цветочных ваз со стилизованными букетами вполне типично для "черных" гронингенских вышивок, нетипичны здесь только использованные оттенки шелка – охристые и бордовые. Фото - Museum voor Naaldkunst

 

Фрагмент сэмплера Tetie (Tetje) Jans Sandt 1828. В нижней строке указаны имя и возраст вышивальщицы - 13 лет. Этот образец вышит в классический "черный" период гронингенскихсэмплеров, но в совершенно нетипичном для этого времени цветовом решении. Источник фото - Museum voor Naaldkunst


Как утверждает Hennie Stevan-Bathoorn, черные сэмплеры были характерны для определенного периода, охватывающего жизнь всего трех поколений – с 1800 по 1880 год. Почти все они возникли в небольшом сельскохозяйственном районе Олдамбт (Oldambt) на востоке провинции Гронинген, включающем несколько городков: Винсхотен (Winschoten), Рейдерланд (Reiderland), Беллингведде (Bellingwedde), Влагтведде (Vlagtwedde) и Вендам (Veendam). В других местностях не найдено аналогичных образцов, что позволяет предположить, что черные сэмплеры Гронингена представляли собой чисто региональный стиль и имели некий общий источник, будь то существовавшая здесь вышивальная школа или бытовавшая именно в этой среде и в этом районе рукодельная мода.


На востоке провинции Гронинген - область Олдамбт, на побережье залива Долларт, по соседству с немецкой землей Нижняя Саксония. Именно из Олдамбта происходит большинство черных сэмплеров


Как выяснила Хенни из общения с местными жителями, богатые фермерские семьи вешали в своих особняках над дверью в гостиной сэмплер в черной раме, вышитый черными шелковыми нитками на светлом льняном полотне. Эти сэмплеры были довольно крупными – до 50-70 см по длинной стороне – и являлись подлинной гордостью хозяев дома.

 

"Библейский пояс" и "черные чулки"


Почему же гронингенские вышивальщицы в XIX веке перешли к использованию черных (иногда – темно-коричневых, что зависело от качества прокраса) ниток вместо цветных? Точного ответа на этот вопрос нет. Одно из возможных объяснений состоит в том, что в Гронингене проживали самые консервативные протестантские общины. Некоторые исследователи относят эту провинцию к так называемому "Библейскому поясу" в Нидерландах, который протянулся через всю страну с севера на юг. В охваченных им провинциях проживают более полумиллиона приверженцев кальвинизма – одного из наиболее консервативных течений в протестантизме. 



Жан Кальвин (John Calvin) (1509-1564)
Как образно сформулировал нидерландский журналист Геерт Маак в книге "Нидерланды: каприз истории", эти территории – "страна одетых в черное, строго верующих кальвинистов; страна глубоко укоренившейся ортодоксальной традиции, которая оказала значительное влияние на нидерландскую политику; страна, где упрямо борются с водой и другими природными стихиями, но где в то же время питают глубокое уважение к величию Господа. Страна человеческой устремленности и покорности судьбе, уверенности в себе и зависимости, веры в божественное Предопределение и одновременно глубокого чувства вины; страна протестантизма, всегда находящегося в поиске, которому не суждено завершиться". 


В кальвинистских провинциях Нидерландов до сих пор можно встретить на улице людей, одетых в традиционные костюмы, какие носили много веков назад. В одежде превалирует черный – цвет греха и аскезы. Из-за этого жителей "Библейского пояса" иногда называют zwarte kousen, "черные чулки". Этнографам известно, что в XIX веке даже на свадьбы гронингенцы надевали черные наряды, включая костюм жениха и невесты.

 

Женщина в региональном костюме Гронингена. Миниатюра (1820, Nederlands Openluchtmuseum). Источник фото


 


Художник Berend Wierts Kunst. Портрет Martha Heybroek, жительницы Гронингена. (1853, Nederlands Openluchtmuseum). Источник фото

 

Художник Otto Eerelman. Портрет жительницы Гронингена. Из серии "Региональные костюмы Голландии" (1875-1926). Nederlands Openluchtmuseum. Источник фото 


Некоторые исследователи пытаются объяснить бытование черных монохромов в Гронингене личными предпочтениями вышивальщиц или скудным выбором имевшихся у них материалов и дешевизной черных нитей. Противоречит этому наше знание о том, что вышивались эти сэмплеры девушками из обеспеченных семей. Другие ищут причины в том, что мотивы для сэмплеров воспроизводились по книгам, напечатанным "черным по белому". Мне более логичной кажется именно религиозная версия как отражающая быт и нравы этого отдаленного уголка страны. Более того, схожие примеры наделения черного цвета символическими трактовками и его использования в свадебной одежде можно найти и в традициях других народов. Например, в России до конца XIX века, по наблюдениям этнографов, свадьба делилась на две части – печальную, которая ассоциировалась с прощанием с девичеством и заканчивалась венчанием, и веселую, праздничную, с размахом отмечавшуюся на другой день после бракосочетания. Цвета русской свадебной одежды символически отражали переход женщины из одного состояния в другое: подвенечный сарафан невесты мог быть синего или черного, "смирного" цвета, а вот новобрачная надевала яркий красный сарафан – символ супружества и чадородия. Кроме того, в самых консервативных религиозных группах в дореволюционной России – в старообрядческой среде - темно-синий цвет или его аналог черный присутствовали как основные тона в "моленной" (т.е. надеваемой для посещения богослужения) одежде. Так что гронингенцы в своих "черных чулках" были не одиноки.


Несмотря на лаконичный цвет, черный шелк был не так уж прост, а подчас и коварен в производстве и использовании. Для окрашивания в черный цвет нить сначала замачивали в водном растворе дубильного вещества, полученного из толченых желудей или "чернильных орешков" – так называемых галлов, шарообразных наростов, которые образуются на листьях дуба в результате укусов личинками мелких насекомых из семейства орехотворок. Затем нитки погружали в кислотный раствор, к которому добавляли ржавых опилок или железной стружки. При несоблюдении пропорций веществ в красящем растворе могут происходить химические реакции, приводящие к обесцвечиванию или разъеданию нити и впоследствии даже ткани в процессе вышивки. На западе и юге Нидерландов, в густонаселенных городах, за качеством окрашенных нитей строго следили и запрещали к продаже явный брак, в отдаленных же сельских районах страны, куда шелк привозили и коробейники из соседней Германии, контроль был слабее, что могло сказываться на качестве рукодельных работ.



Галлы, или чернильные орешки, в старину применявшиеся для окраски нитей и тканей



Связи между голландскими и немецкими землями были столь тесными, что границу пересекали не только товары, но и знания. В Гронингене для девочек из обеспеченных фермерских семей были открыты школы-пансионы, в которых преподавали учителя рукоделия из Германии. О том, что эти школы были предназначены для представителей зажиточных сословий, говорит тот факт, что за государственный счет в начале XIX века в Голландии содержались только начальные и сельские школы для бедных. В них  дети 4-8 лет обучались чтению, письму, арифметике и азам вероучения. Среднее образование, дававшее больше практических и теоретических знаний учащимся от 8-10 лет и старше, было доступно только семьям, готовым оплачивать обучение. Многие гронингенские семьи имели родственников в соседних немецких землях и могли отправлять дочерей в гости под присмотр родни. Все это способствовало культурному обмену и проникновению в гронингенскую вышивку мотивов, характерных для немецких сэмплеров. Интересно, что такая же преемственность мотивов наблюдается и в сэмплерах, созданных в XIX веке выходцами из Германии, осевшими в американском штате Пенсильвания.


(продолжение следует)

***